Детки в клетке Как детский летний лагерь не превратить в режимный объект Российская газета

После трагедии на Сямозере школьные каникулы - на особом счету. Не дай бог, кто еще погибнет! Гайки так были закручены, что стали тонуть сами организаторы детского активного отдыха. Два десятка самых известных лагерей попросту закрыли. Но статистика по детским смертям в летние месяцы ни чуточку не улучшилась. Так где же золотая середина? Как сделать так, чтобы и дети были целы, и организованный отдых был на подъеме? Я беседую с известным полярным путешественником, директором ГБУ "Лаборатория путешествий", членом Совета по детскому туризму при правительстве РФ Матвеем Шпаро.

Я недавно вернулся из Таиланда, был на спасательной операции. Тогда вытаскивали детей из пещеры. Поначалу я считал, что учитель, который завел детей в пещеру, занялся самодеятельностью и нет ему прощения. Но когда я стал разбираться, съездил в школу, поговорил с преподавателями, выяснилось, что эта пещера для них как парк "Сокольники". Случился природный катаклизм. Никто в Таиланде учителя не осуждал. Все говорили, что он герой. И никаких уголовных дел... Так вот, возможно ли такое в России?

Матвей Шпаро: Боюсь, что в нашей стране соответствующие органы нашли бы причины уличить учителя в оказании услуг, несоответствующих требованиям безопасности. Эта уголовная статья становится суперпопулярной.

Мы собрались поговорить о детском туризме. Я сам в детстве ходил в походы. В горы Абхазии, где приходилось проходить по бревнышкам через довольно высокие ущелья, где внизу были ледяные реки с камнями. Это дикий восторг и серьезный опыт. Я получил закалку. И во дворе хвастался: а я был в горах. А как сейчас детям расти, развиваться, становиться отважными и мужественными? Если дальше двора родители не пускают. Да и нельзя выходить - кругом соблазны и риски большого города. Все-таки трагедия Сямозера, как мне кажется, - это отправной пункт, когда чиновники серьезно испугались и начались настоящие гонения на всех подряд.

Матвей Шпаро: Риторический вопрос. Подрастающее поколение на каждом углу поджидает опасность. Наших детей пытаются накрыть куполом из брони. Там ногу себе не сломают, не ударятся, не упадут с велосипеда. Мы всем миром пытаемся смонтировать этот купол. Но ведь это неправильно! Это путь в никуда. Потому что дети должны ошибаться и ушибаться. Они ведь учатся! И если они не будут учиться, то мы получим нездоровое общество.

А как устроено на Западе? Есть там такая же зарегулированность? Или люди живут в свое удовольствие? Взяли и сели в самолет, полетели в Альпы или Кордильеры, покатались на лыжах вместе с детьми...

Матвей Шпаро: В Европе и Америке весь сектор детского отдыха и детского туризма строится на разнообразных страховых продуктах. Не только страхование жизни и здоровья конкретного ребенка, но и страхование гражданской ответственности, страхование профессиональной ответственности туристической компании. С другой стороны, огромную ответственность принимают на себя отраслевые объединения, всевозможные ассоциации и гильдии. Именно они формируют критерии качества работы, схемы по управлению рисками, они задают стандарты четкие, понятные, прозрачные. А дальше остается только рынок, который вместе с ассоциациями все и регулирует.

А у нас регулирует все чиновник. Ему легче запретить, чем взять на себя ответственность за какую-то экспедицию, спортивный лагерь. Причем он будет смотреть на различные законы, подзаконные акты, на этот реестр. Я бы, наверное, на месте чиновника тоже боялся, но все-таки надо работать, если тебя поставили на этот пост. Должна же быть ощутимая польза от регулирования.

Матвей Шпаро: Должна. Но чиновник, если он найдет какие-то нарушения, закроет лагерь. Так проще. А дети, которые должны были поехать в этот лагерь, остаются дома на все лето. Они уже не являются участниками организованных процессов, за которые отвечают чиновники. Соответственно, чиновники спят спокойно, а количество детских несчастных случаев возрастает. И на самом деле существует абсолютно однозначная статистика: число детей, с которыми произошли несчастные случаи вне организованного детского отдыха и детского туризма, на порядки (!) выше, чем с детьми в лагерях.

Что же делать?

Матвей Шпаро: Наверное, нужно чтобы не было внутри бесконечного страха. Один чиновник меня спрашивает: а кто мне будет сухари носить, если я какое-то небольшое нарушение не замечу? Которое на самом деле на безопасность не влияет. Я ему ответить ничего не могу.

Недавно ездил в Петрозаводск на заседание суда по трагедии на Сямозере. Среди подсудимых - руководитель и заместитель руководителя Роспотребнадзора по Карелии. Они дали разрешение на работу лагеря несмотря на то, что москитные сетки были порваны, шпингалеты не прикручены и кнопка слива в унитазе не работала. Какое это имеет принципиальное значение для безопасности детей в лагере? Но эти чиновники находятся под следствием, это зловещий знак всем остальным: если у вас есть возможность закрыть лагерь, закройте от греха подальше! Нужна поддержка со стороны государства отраслевым сообществам. Сямозеро послужило тому, что компании, которые занимаются детским активным туризмом, стали объединяться. Они создали некоммерческую организацию - Союз организаторов детского активного туризма (СОДАТ), который сотрудничает с Роспотребнадзором, с министерством образования. В апреле они провели в "Российской газете" конференцию, где было определено: государство должно поддерживать не конкретные лагеря, а давать больше полномочий именно отраслевым союзам. Взять, например, министерство просвещения. Ему вменили ответственность за детский отдых. Но у министерства огромное количество профильных проблем - детские сады, школы, учителя, безопасность в школах... И вот минпросу в нагрузку прикрепили еще детский отдых. А вот если бы детский отдых и детский туризм передали бы, например, в Ростуризм? Это же их профиль! Потому что все попытки отделить детский отдых от детского туризма неконструктивны. Что такое детский лагерь? Это обычное место размещения детей. По сути он ничем не отличается от гостиницы или кемпинга. Почему же одна "гостиница" должна находиться в ведомстве минкультуры - Ростуризма, а вторая - в ведомстве министерства просвещения? И в результате из-за того, что нет единоначалия, чиновники между собой никак не могут договориться. А страдают дети.

Я бы хотел рассказать нашим читателям в двух словах, чем ты занимаешься и как мы с тобой познакомились. Ты повел в очередной раз группу школьников на Северный полюс. Этот лыжный поход мне запомнился на всю жизнь. Тот миг, когда мы ставили флаги России на макушке мира!

Матвей Шпаро: Ты шел вместе с нами 7 дней. Ты спал вместе с нами в одной палатке.

И еще я смотрел, как устроена безопасность. Это ведь одно из самых опасных мест на Земле, не только потому, что под ногами лед и 4 километра черной воды, но и потому, что там ходят белые медведи. В конце концов, так задует, что можно насмерть замерзнуть. Мы все дошли без потерь. У вас это дело поставлено очень серьезно. Мы спали в палатке в обнимку с ружьем. Плюс сигнальные ракеты. GPS-навигаторы плюс спутниковые телефоны. Вертолеты, готовые в любой момент прилететь, а твой напарник - профессиональный врач. Но это огромная ответственность перед детьми. Какие у тебя были отношения с родителями? Давали они какие-то расписки?

Матвей Шпаро: Я работаю в системе образования города Москвы. Через нас проходит большое количество девчонок и мальчишек, которые отправляются не только на Северный полюс, но и по рекам Карелии, и по горам Кавказа. И мы смогли создать свою инфраструктуру, которая позволяет делать походы безопаснее. В результате нам доверяют родители, учителя, директора школ. И активный туризм в Москве развивается. В договорах я предупреждаю родителей о тех опасностях и о тех сложностях, с которыми дети могут столкнуться. Могут возникнуть ситуации, когда весь мой опыт и все мои знания, умения и навыки, увы, окажутся бесполезными... Я об этом прямо говорю родителям. Но при этом я понимаю, что все эти расписки мало помогут, если что случится.

С детьми всегда у тебя было без ЧП...

Матвей Шпаро: Мы уже десять лет ходим на полюс. Тьфу-тьфу-тьфу! Все хорошо.

Что делает взрослый в Доме отдыха? Купается, гуляет по парку, иногда выпивает, ездит на экскурсии. Вот его программа. А ребенку нужно бегать, прыгать, покорять... Это и есть детский отдых. Пассивного детского отдыха не бывает. Вот как быть воспитанникам детских домов? Ведь чиновники не разрешают им самостоятельные походы. Да, ты можешь заниматься в спортивном зале. Но уехать куда-то на речку тебе не дадут.

Матвей Шпаро: С детскими домами совсем сложная ситуация. Недавно получил письмо от Станислава Новикова из Республики Коми: "...мои ученики, моя детдомовская ребятня осталась не у дел. Ведь государство оплачивает только лагеря, а не походы". Для ребят из детских домов роль родителя выполняет государство. И, конечно же, к этим государственным детям внимание у чиновников еще больше. Что делать? Не знаю. Рецепта нет. Только убеждать чиновников, что нельзя детей лишать своей страны.

Получается, у нас в детских домах вырастают дети, которые со временем становятся пассивными гражданами. Они перестают развиваться. А компьютеры - это слабая замена свежему воздуху, чистой воде...

Матвей Шпаро: На Западе ведущие корпорации объединились и выработали критерии для молодого человека в ХХ веке. Помимо точных знаний у него должны быть развиты 4 основных навыка - обладать критическим мышлением и уметь решать проблемы, навыки общения, навыки сотрудничества и совместной работы и, наконец, умение творчески мыслить и стремиться к инновациям.

Те самые навыки, которые развивает активный туризм.

Матвей Шпаро: Именно. Наша школа дает очень хорошие академические знания по математике, по биологии, по географии, но в школе нет возможности дать вот эти самые 4 основных навыка. А это как раз может давать детский отдых, детский лагерь, детский активный туризм, детские походы. Сейчас в Москве разрабатывается стратегия Московского образования до 2025 года. Я думаю, акцент на этих 4 основных навыках - отличный шанс что-то изменить. У школьника 3 летних месяца каникул, и еще у него 5 раз модульные каникулы фактически по 10 дней. То есть в течение года 4,5 месяца он предоставлен сам себе. Отпуск у родителей 1 месяц, хорошо, остается 3,5 месяца фактически беспризорного нахождения на улице. Мы должны всячески стремиться развивать детский туризм и детские лагеря. Год назад президент Путин подписал указ о десятилетии детства. Это шанс! Я был руководителем рабочей группы, которая составляла раздел в этом плане под названием "Безопасный детский туризм". Это порядка 20 пунктов, которые надо реализовать в ближайшие три года. Один из основных - стратегия развития отрасли детского отдыха и детского туризма. Другой пример - минпромторгу поручено разработать типовые решения для детских палаточных лагерей, там должно быть прописано как лучше организовывать кухню, санузлы, палатки, спортивные площадки... Еще одна задача для МЧС: необходимо создать единую электронную информационную систему по отслеживанию детских туристических групп, которые находятся на маршрутах. Я думаю, тут как нельзя лучше подойдет ГЛОНАСС. Представляешь, насколько безопасность возрастет? И все критерии абсолютно прозрачны, абсолютно понятны и выполнимы.

P.S.

Инструкции по технике безопасности писаны кровью. Вдвойне страшно, когда эта кровь детская. Конечно, мы должны максимально обезопасить детей. Но лишать их увлекательных походов, победных восхождений и шанса стать лидером недопустимо. Проблема обозначена. Что скажут чиновники?